Historia Polski - История Польши - Генрих Добжаньский (Часть 1)
Приветствую Вас Гость!
Четверг, 30.03.2017, 15:43
Главная | Регистрация | Вход | RSS

Меню сайта

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 68

Форма входа

Закладки

Галереи

Статистика

PR-CY.Rank

Баннеры

Анализ веб сайтов Счетчик тИЦ и PR

Поиск

Мы Вконтакте

Календарь

«  Март 2017  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031

Облако тегов

Архив записей

Друзья сайта

Организации
  • Институт инновационной деятельности в образовании РАО
  • Центр дополнительного образования для детей (Детский автогородок)
  • Консалтинговое агентство "Дива"
  • Институт профессионального развития персонала
  • Электронные СМИ
  • Электронный научно-практический журнал «Инноватика в образовании»
  • Научный журнал «Вторая мировая война»
  • Научный журнал «Вопросы профессионального развития персонала»
  • Новостной портал «Arik»
  • Генеалогия
  • Международный дворянский клуб "Szlachta"
  • Международный союз дворянских собраний
  • История
  • Энциклопедия Второй мировой войны
  • Энциклопедия Третьего Рейха
  • Советский Союз во Второй мировой войне
  • Энциклопедия США
  • СAllies - Западные союзники
  • Энциклопедия Польши (Второй Польской Республики)
  • Биографии выдающихся исторических личностей
  • Величайшие войны в истории человечества
  • Военная техника и оружие Второй мировой войны
  • Развлечения
  • Виртуальная Речь Посполитая
  • E3R.RU Сериалы онлайн
  • Подручный бездарной Луизы
  • Доски объявлений
  • Доска объявлений
  • Персональные странички
  • Сайт Киселёва А.Г.
  • Закладки

    Генрих Добжаньский (Часть 1)

    Действия партизанского отряда майора Х.Добжаньского «Хубаля» и операции германских оккупационных сил против него.

    Действия партизанского отряда Хубаля

    В годы после Второй мировой войны многие польские историки взяли за правило компенсировать бесспорный факт довольно неудачных действий вооруженных сил и движения Сопротивления Польши в 1939-45 гг. живописанием отдельных удачных эпизодов. В то время, как многие из них носят характер открытого идеологического заказа, об эпопее партизанского отряда под командованием майора Хенрика Добжаньского «Хубаля» (Henryk Dobrzaski «Hubal») можно действительно говорить как о своего рода польском приоритете в истории Второй мировой. Честь создания первого в этой войне относительно крупного регулярного партизанского отряда, действовавшего на протяжении длительного времени (с сентября-октября 1939 по июнь 1940 гг.) и довольно успешно, однозначно принадлежит офицеру Войска Польского.
    Склонные к драматическим эпитетам польские авторы гордо называли Хенрика Добжаньского «последним солдатом Сентября» (имеется в виду германо-польская война 1939 г.) и «последним рыцарем Речи Посполитой», однако напомним, что и немецкие офицеры придумали для него уважительное прозвище «Der Tolle Major» - «Бешеный майор», характеризовавшее «Хубаля» как смелого и опасного врага. Действительно, он был явно неординарной и яркой личностью. Родившийся в 1896 г. в польской шляхетской семье, проживавшей в Австро-Венгерской империи, Хенрик Добжаньский являлся прямым потомком в 15-м колене одного из самых знаменитых рыцарей европейского средневековья Завиши Чарного (1379 -1428) герба «Хубаль». С юных лет участвовавший в польском националистическом движении, с началом Первой мировой войны он вступил добровольцем в формировавшиеся в Австро-Венгрии Польские легионы Пилсудского и сражался в рядах 2-го уланского полка, ставшего впоследствии одной из наиболее элитных частей Войска Польского. С обретением Польшей независимости, Х.Добжаньский принял активное участие в украино-польской и советско-польской войнах, к 1920 г. пройдя путь до командира эскадрона и заслужив репутацию бесстрашного и перспективного молодого офицера. За мужество он был удостоен самых престижных польских военных наград: Креста храбрых (Krzy Walecznych) и серебряного креста ордена «Виртути Милитари» (Virtuti Militari), которые носил на кителе вплоть до дня своей гибели.
    В межвоенные годы Х.Добжаньский продолжил военную службу, однако, как первоклассный наездник, более увлекся спортивной карьерой, завоевав на польских и международных состязаниях 22 золотых, 3 серебряных и 4 бронзовых медали. В частности, в 1925 г. на международных соревнованиях по конному троеборью в Лондоне он взял первый приз; в 1926 г. на состязаниях военных наездников в Германии был третьим (гораздо важнее, что там он подружился с многими немецкими офицерами, что помогло ему лучше понимать их образ мысли в годы войны); а в 1928 г. вошел в состав польской сборной на олимпийских играх в Амстердаме. Малоизвестно, но факт, что чрезмерное увлечение спортивной славой с неизбежными богемными компаниями и восторженными поклонницами вскружило голову честолюбивому офицеру и привело к откровенному манкированию делами службы, что окончательно испортило его отношения с начальством. Чин майора, полученный в 1927 г., стал верхом военной карьеры Х.Добжаньского. Вплоть до 1939 г. он был отправлен выполнять квартирмейстерские обязанности на литовскую границу, лишь на военных учениях изредка получая временную команду. Выйдя из «спортивного возраста» и попав в «черный список» по офицерским кадрам Войска Польского, вчерашний герой находил выход своей бурной энергии в пьянстве и приключениях, снискавших ему в кавалерии скандальную известность. Например, на маневрах в 1938 г. он со своим эскадроном выступил за несколько часов до официального начала учений и, врасплох пленив штаб условного противника, под остриями пик отконвоировал высших офицеров в одних пижамах к посредникам. Или когда двое его подчиненных угодили в полицию за какое-то мелкое правонарушение, он подогнал к местной «кутузке» военный грузовик, зацепил тросом решетку на окне, вырвал ее и увез своих бойцов. Впрочем, несмотря на подобные «подвиги», Х.Добжаньский оставался добрым католиком и хорошим семьянином, трогательно любившим своих супругу и дочь, которым он даже во время партизанской борьбы умудрялся регулярно передавать подробные письма. Помимо этого, во второй половине 1930-х гг. он активно сотрудничал в польской военной прессе, выдвигая новую и, как оказалось, не лишенную здравого смысла, концепцию применения конницы в современной войне. Вопреки принятому в польском боевом уставе (Ogolna instrukcja walki, 1930) введению кавалерийских соединений в бой в пешем строю, майор Добжаньский верно подметил, что «использовать конницу в качестве ездящей пехоты бесперспективно, т.к. огневая мощь кавалерийской бригады равна таковой пехотного батальона». Он предлагал в военное время придавать кавалерийские полки армейским соединениям и применять их для разведки и рекогносцировки, диверсионных рейдов в тыл противника и охраны коммуникаций. История показала, что «бешеный майор» с отрядом резервистов и добровольцев провоевал по своей системе дольше и эффективнее, чем все вышколенные уланские и гусарские части Войска Польского.

    Действия партизанского отряда Хубаля

    С нападением нацистской Германии на Польшу в сентябре 1939 г. майор Добжаньский получил назначение на должность начальника штаба 110-го резервного уланского полка, дислоцированного «на Кресах» - т.е. в Западной Белоруссии. Укомплектованный резервистами из числа так называемых «осадников» (польских вооруженных поселенцев), среди которых были сильны националистические настроения, полк являлся довольно боеспособной частью и с 11 сентября принял активное участие в боях с авангардами Вермахта, а с 17 сентября - и с перешедшими границу войсками Красной армии. До 22 сентября полк вел ожесточенные бои в районе город Гродно с советскими войсками и понес тяжелые потери. После того, как уцелевшие польские части на Крессах получили приказ командования пробиваться в Литву, 110-й уланский полк, командование которым (в связи с тяжелой болезнью престарелого полковника Е.Дамбровского) фактически принял на себя энергичный и неукротимый Добжаньский, единственный не подчинился этому приказу и двинулся на запад – на помощь еще державшейся Варшаве. Однако при переходе реки Бебра полк попал под удар превосходящих сил Красной армии с тяжелой артиллерией и бронетехникой и был фактически разгромлен. Потеряв большую часть людей, все тяжелое оружие и обоз (кроме несгораемого ящика с полковой кассой, которая затем сыграет важную роль в партизанской борьбе «Хубаля»), майор Добжаньский в конном строю прорвался через порядки красноармейцев всего со 180 уланами и продолжил марш к столице. Однако 27 сентября в районе Ломжи местные жители принесли им известие о капитуляции Варшавы. 
    Построив своих людей, Х.Добжаньский объявил им, что каждый волен сам выбирать себе дорогу, и добавил: «Я оружия не сложу и мундира не сниму – Бог нам в помощь!» Продолжать вместе с ним борьбу решили 55 улан, из них 5 офицеров (в т.ч. выходец из семьи русских эмигрантов подпоручик Модест Ильин («Клин»), который остался с «Хубалем» до последнего). Уставшие люди, среди которых было немало раненых, на заморенных лошадях двинулись в направлении Светнокшижских гор (Gуry witokrzyskie) в центральной Польше. С густыми лесами и обилием ручьев, этот горный массив представлял для кавалерии хорошее укрытие, а местные жители, издревле имевшие репутацию бесстрашных разбойников, виделись Добжаньскому выгодными союзниками. По пути патрульными уланами был встречен известный польский спортсмен М.Мариан, эвакуировавший из-под Варшавы несколько десятков коней польской конно-спортивной школы; он со своими помощниками примкнул к отряду, получившему таким образом не только пополнение, но и конский резерв. 1 октября отряду майора Добжаньского удалось успешно форсировать Вислу в районе Демблина. Противодействие немцев ограничилось незначительными стычками. На следующий день удача сопутствовала уланам еще раз: они застигли врасплох у местечка Воля Ходковска фуражиров 69-го германского артиллерийского полка, занимавшихся скупкой сена у местных крестьян. Атаковав в конном строю, майор Добжаньский и его уланы ценой гибели двоих своих бойцов и ранения еще двоих изрубили пятерых немцев и захватили в плен 1 германского лейтенанта и около 20 рядовых и унтер-офицеров. По приказу Добжаньского, пленных обезоружили и отпустили. При этом, согласно свидетельству очевидцев, майор, восхищенный смелым поведением молодого лейтенанта, получившего несколько сабельных ран, воскликнул: «Вот это по-рыцарски!» и пожал ему руку. В этом на первый взгляд малозначительном жесте сказалась вся благородная и, можно сказать, наивная натура первого польского партизана, искренне полагавшего, что «воевать надо в белых перчатках». За все время с сентября 1939 по апрель 1940 гг. по его приказу в отношении мирного населения и противника не было совершено ни одного деяния, которое можно было бы квалифицировать как нарушение законов и обычаев войны. Все захваченные в плен германские военнослужащие и административные работники, равно как и польские коллаборационисты, после допроса освобождались «из-за невозможности обеспечить содержание в плену». За лошадей, фураж и продовольствие, которые бойцы «Хубаля» брали у крестьян, они неизменно платили из полковой кассы 110-го полка по твердым расценкам; исключение делалось только в том случае, если помощь предлагалась безвозмездно, что с меркантильными поляками случалось не часто. Учитывая все это, майор Х.Добжаньский «Хубаль», особенно на фоне кровавых и мрачных фигур большинства партизанских командиров Второй мировой, действительно выглядит «рыцарем без страха и упрека».
    Продолжая движение в избранном направлении, отряд, уклоняясь от встречи с дислоцированными на местах недавних боев частями Вермахта, вступил в Стараховицкие леса (lasy Starachowickie). Там еще находились остаточные групп польских солдат, а также лежало много брошенного при капитуляции Войска Польского воинского имущества и, что было особенно важно для кавалеристов – бродило немало лошадей. За несколько дней импровизированный эскадрон майора Добжаньского увеличил свою численность до 70 человек, несмотря на имевшее место дезертирство (в т.ч. бежал не веривший в перспективы борьбы начальник штаба ротмистр С.Салтыкевич), оброс имуществом и заводными лошадьми, а так же существенно пополнил запасы вооружения и боеприпасов. Значительно облегчало практически беспрепятственное продвижение польских партизан то обстоятельство, что оккупационная система с ее структурами безопасности еще не была налажена гитлеровцами. Полевые части Вермахта, радовавшиеся победе, смотрели на ненадолго возникавших в секторах их ответственности кавалеристов как на «осколки разбитого противника» и не спешили вступать с ними в бой, полагая, что рано или поздно они сами сдадутся или разбегутся. Немцы жестоко просчитались: уланы Добжаньского как раз собирались драться.
    Вскоре вступивший в Свентокшижские горы отряд настиг приказ командующего последним из оказывавших немцам сопротивление польских соединений (оперативной группой «Полесье») бригадного генерала Франтишека Клееберга от 5 октября, предписывавшего всем сохранившим строй частям прекратить сопротивление и по возможности пробираться за границу. Обсудив положение со своими офицерами, майор Добжаньский принял решение в очередной раз проигнорировать приказ (похоже, к субординации он относился без всякого почтения) и продолжить борьбу на родине партизанскими методами. Он предполагал, что решающего наступления англо-французских войск на Западном фронте следует ожидать весной 1940 г., и на данном этапе самой важной является пропагандистская задача: сохранить хотя бы номинальное присутствие не сдавшихся польских военнослужащих на территории Польши. «Военная форма – это видимая сторона сопротивления и продолжения борьбы», - заявил Добжаньский. С этого момента его отряд получил самоназвание: «Отдельное подразделение Войска польского» (Oddzia Wydzielony Wojska Polskiego). Для конспирации солдаты и офицеры по старой польской повстанческой традиции выбрали себе псевдонимы. Сам Г.Добжаньский обратился к названию своего родового герба: «Хубаль», и под этим именем вошел в историю. Для обеспечения деятельности и снабжения своего отряда майор «Хубаль» приступил к созданию в Свентокшижских горах конспиративной организации под названием: «Боевой округ Кельце» (Okrg Bojowy Kielce), активно привлекая к сотрудничеству местных жителей, в первую очередь лесничих, отлично знавших местность, и католических священников, имевших большое влияние на умы и сердца крестьян. Впрочем, жители окрестных деревень первоначально радушно принимали улан «Хубаля», и не только из патриотических соображений: партизанский майор, повсюду возивший с собой полковую кассу, был кредитоспособен и охотно платил за все. Кроме того, он избавил местных жителей от произвола банды выпущенных войной из тюрем анархо-коммунистов во главе с неким Савицким, орудовавшей по соседству. Уланы легко выследили и рассеяли «экспроприаторов», а сам Савицкий после импровизированного судебного процесса был расстрелян. 

    Действия партизанского отряда Хубаля

    При условии того, что германские гарнизоны находились в Свенткшижских горах только в крупных населенных пунктах, а их коменданты (вчерашние полевые офицеры) еще не успели освоиться с обстановкой и своими новыми функциями, уланы майора «Хубаля» в октябре 1939 г. были в этой местности самой заметной военной силой, с которой немцы считались. Польская патриотическая традиция даже практикует легенду, что «Хубаль» якобы был так уверен в своих силах, что мог позволить себе явиться при полном параде в гости к немецкому коменданту и, сыграв партию в вист и отужинав, спокойно вернуться к своим людям. Если принять во внимание выставленную в 1999 г. на аукционе в Польше престарелым ветераном Вермахта открытку с собственноручной дарственной надписью майора Добжаньского, в этой истории есть доля истины.
    Гораздо большие усилия по ликвидации отряда «бешеного майора» на этом этапе предпринимало командование подпольными вооруженными формированиями Польши, первоначально именовавшимися «Службой победы Польши» (Suba Zwycistwu Polski –SZP), затем - «Союзом вооруженной борьбы» (Zwizek Walki Zbrojnej – ZWZ). Несмотря на воинственные названия, эти предшественники Армии Крайовой с самого начала проявляли свойственные и ей сильные тенденции к бюрократизации и оправданию своего бездействия красивыми словами и теоретическими выкладками. Своевольный и резкий с начальством Добжаньский, не скупившийся на нелестные эпитеты в адрес «позорно облажавшегося» в недавней войне генералитета и популярный среди личного состава, стал для подпольных генералов опасным конкурентом. Общая тенденция здесь с небольшими вариациями была неизменно такова: «Хубалю» приказывали «по стратегическим соображениям» распустить его отряд и уйти в подполье, а когда он в той или иной форме отказывался, этот приказ через его голову доводился его солдатам и офицерам. Всякий раз после этого на фоне осознания всех опасностей и тягот партизанской жизни отряд нес такие потери, которых ему не могли нанести даже немцы.
    30 октября 1939 г. майор «Хубаль» принял решение расширить зону партизанской борьбы и, оставив главные силы отряда под командованием своего заместителя капитана М.Каленкевича («Котвича»), возглавил рейдовую группу из 16 человек и повел ее в район столицы Свентокшижского воеводства города Кельце. Существует предположение, что это было сделано им не в последнюю очередь для того, чтобы «заявить себя» перед лицом подпольных генералов и полковников. Однако на сей раз удача отвернулась от дерзкого майора. Германский комендант Кельце полковник Фриц фон Липпе попытался организовать первую операцию, бросив против партизан роту 111-го полицейского батальона и роту Вермахта. Когда отряд «Хубаля» разместился в местечке Часовник, его внезапно атаковало подразделение германской полиции, которое сумело проникнуть в село, замешавшись в толпу возвращающихся со службы в костеле жителей. Потеряв 3 бойцов (один был схвачен и расстрелян, судьба двух неизвестна) и большую часть лошадей, Добжаньский был вынужден бежать. Преследование и прочесывание местности, осуществленное оккупантами силами двух рот, результата не принесло. Первое поражение «Хубаля» рельефно подчеркивает отсутствие навыков антипартизанской борьбы у Вермахта по стоянию на осень 1939 г.: очевидно, что даже против мобильного отряда в полтора десятка хорошо знающих местность улан выделенных немцами сил оказалось явно недостаточно. Незадачливые каратели выместили свою досаду на замеченных в связях с «Хубалем» местных жителях, проведя их аресты и разгромив несколько домов. Однако именно эти «зверства оккупантов» (по сравнению с будущими выглядящие едва ли не детскими играми) подвигли руководителя польского военного подполья генерала М.Крошевича-Токаржевского («Торвида») отдать первый приказ о расформировании отряда майора «Хубаля», «чтобы не провоцировать немцев».